В конце апреля уральская рок‑группа «Чайф» представила клип на песню «Считалочка» из альбома «Всё так» — работу, выполненную в эстетике стильного театрального нуара. Режиссёр Александр Костыгин, уже сотрудничавший с коллективом над клипом «Хеллоуин», рассказал, как создавалась эта минималистичная история, о связи поколений и роли музыки во времени.
FT: В рок‑эстетике легко перегнуть палку: вместо мощи — крикливость, вместо харизмы — пошлость. Какие визуальные «тормоза» Вы используете, чтобы удержать кадр в зоне хорошего вкуса?
Александр Костыгин: Стараюсь акцентироваться на визуальной эстетике кадра, его художественности, ну и нетривиальности сюжета, это безусловно уводит в совершенно другую грань, обходя кринжовые моменты.
FT: Вам удалось в «Считалочке» сохранить рок‑экспрессию, опираясь на нуарную эстетику с игрой света и тени. Что стало главным «носителем» энергии клипа, вместо бунтарских выходок в кадре?
Александр Костыгин: Главные носители для меня — его герои. Вся конструкция и, конечно же, сюжетность строилась на персонажах, их игре, эмоциях и разной энергетике, через метафоры их действий. Это своего рода театр упакованный в ритмику
FT: Как Вы считаете, где место импровизации на съёмочной площадке? Можете вспомнить момент, когда спонтанное действие музыканта или актёра стало деталью клипа?
Александр Костыгин: Конечно, всегда есть план — сценарий с чёткими действиями. При этом я обожаю творческую импровизацию и всегда стараюсь давать актёрам или артистам свободу проявить себя в рамках образа. Это помогает открыть новые грани с альтернативного ракурса, свежие идеи, которые могут стать настоящей вишенкой на торте. Творчество — это живой организм, пульсирующий в моменте!
FT: Представьте, что Вы пересказываете один и тот же сюжет сначала в чёрно‑белом, затем в цветном формате. Какие ключевые изменения произойдут не в картинке, а в ощущении истории?
Александр Костыгин: Думаю, в ощущениях они отобразятся абсолютно по-разному. Черно-белый формат фокусирует зрителя на композиции, контрасте и текстурах, усиливая драму и эмоции — без отвлечения цветом, только на главном. Цветной добавляет психологический слой: оттенки вызывают конкретные чувства, мастерски манипулируя настроением. Такой язык визуалов напрямую влияет на общее восприятие произведения в целом .
FT: В чём принципиальное отличие режиссёрского подхода к съёмке в чёрно‑белом и цветном форматах? Меняется ли драматургия кадра, когда убирается цвет?
Александр Костыгин: Да, кардинально, уже начиная с выбора локаций, деталей, реквизита, одежды, постановке света и образов, подход разный. Всё же это два разных мира. Недостаточно просто картинку перевести в монохром, всё может развалиться. Без цвета уходит эмоциональный шум, зритель сосредотачивается на жестах, силуэтах, движении, свете, контрастах и фактуре, кадр чистый «скульптурный».
